Закрыть

«Империя бессмысленного зла». Рунет об ударах по украинской энергетике

"Империя бессмысленного зла". Рунет об ударах по украинской энергетике

  "Империя бессмысленного зла". Рунет об ударах по украинской энергетике

Россия продолжает жестокие обстрелы гражданской инфраструктуры Украины. В Одесской области в эти выходные без электричества осталось полтора миллиона человек, это почти две трети её населения.

Российская пропаганда злорадствует.

Ольга Скабеева:

В Одессе больше не верят в светлое будущее: город практически полностью обесточен.

Андрей Перла:

Наши бьют по объектам инфраструктуры. Эти — прицельно по людям. И плачут, когда сидят без света.
Мне кажется, нам пора добавить безжалостности. Нельзя быть добрее противника, если твой противник — нелюдь.

Юлия Витязева:

Украинская пропаганда: "Лучше быть без света, чем с Россией".
Ну ок. Бойтесь своих желаний.

Эдвард Чесноков:

Если смотреть одномерно, то обесточенная Одесса — горе и страдание для великого русского города, на который его обрекли — ***

А вот если смотреть многомерно (хитрый план пошёл прахом, но логические цепочки остались) — то это может быть созданием условий, при которых максимальное количество мирных жителей покинет город накануне неких событий — боёв за город, или климатических катаклизмов, или…

В других комментариях — сочувствие одесситам и всем украинцам. Кроме того, они и сами отвечают агрессорам.

Николай Митрохин:

Мысленно я сейчас с одесситами, оставшимися сегодня ночью совсем без электроэнергии после очередного российского обстрела.
Сил всем — знакомым и незнакомым.

Настя Травкина:

Мы все ловим электроэнергию, как наши предки — дождевую воду. Включился свет, ноги врастопырку скользят по коридорному паркету — бежишь ставить на зарядку фонарь, телефон и пауэрбанк. Прошло полтора часа — кипятишь воду для термоса, вдруг выключат скоро.
Когда нет электричества, мало где можно расплатиться картой: нужны наличные. Чтобы снять наличные, нужен банкомат, который тоже не работает при отключениях. Когда включают свет, я впрыгиваю в ботинки и бегу к банку, но там уже стоит человек десять. За мной занимает очередь веселый военный на костылях с металлическими спицами, торчащими из раздробленной и заново собранной ноги — называет меня «первой в очереди с конца» и, довольный эффектом шутки, ковыляет за сигаретами. Меня вызывают к банкомату три пенсионерки подряд за помощью.
Я иду с наличкой на почту: оплата картой чаще не работает даже когда включается свет. После выключений очереди на почту особенно длинные, человек по 30. Я успеваю в короткую очередь — человек на 10. А отправив переселенцам куртку и ботинки, с усталостью смотрю, как медленно движется очередь в разливайку воды (её тоже не разливают без электричества) и решаю пока попить из крана — у нас-то пока есть!
Время жизни тратится на войну. Мир потрясают фотографии с украинских заправок, превращенных в пункты подзарядки, где в клубах проводов от смартфонов больные дети в курточках и сапожках дышат ингаляторами, подключенными к сети. В паспортном сервисе девушка жалуется коллегам: «Вожу ребенка в школу, то света нет, то тревога, вчера вообще весь день не учились!». Украинские дети тратят время на войну вместо учебы. Наша мама просыпается в три ночи, если дают свет, чтобы успеть помыться, закипятить воду и приготовить еду. Теперь мы знаем, что такое «сухой душ» — как военные или работники больниц. В Одесской области без света остаются 1,5 миллиона человек — это целый большой город.
Время жизни, которое должно уходить на развитие и рост, тратится на выживание и приспособление к обстоятельствам. Но и из этого можно сделать рост и развитие. Ничто не делало меня сильнее и смелее, чем эта война. Главное выжить, вот это будут мемуары…

Александра Гармажапова:

Почти впала в уныние, а знакомые украинцы пишут мне из Киева:
«Ничего, зато у нас дети из-за отсутствия света меньше в интернете сидят и больше гуляют» или «Всё нормально, после подъёмов на свой 19-й этаж буду стройным и красивым».
Удивительная сила.

Борис Овчинников:

Вчера несколько хороших и вроде все понимающих людей написали что-то вроде "какой ужас, ОБИ/Мега сгорела, как же теперь?"
Ребята, что с вами? В этом году Мариуполь практически стерли с лица земли — вместе с многими десятками тысяч человек. Еще несколько украинских городов поменьше уничтожили. Вот прямо сейчас 1.5 млн человек в Одессе и области сидят без электричества — и восстановление займет неизвестно сколько времени. Огромное количество проектов в России (бизнесов, школ, НКО) закрыто или по факту разрушено с отъездом людей. Вообще последние перспективы России как страны кажется обнулились. А вы плачете по какому-то магазину?

Евгений Анисимов:

А помните, как в России в 2014 году орали про «одесскую хатынь», требовали «мстить за Одессу»?
Теперь ровно те же люди бомбят мирных одесситов, пытаясь в разгар зимы лишить их воды и тепла, и спровоцировать в городе гуманитарную катастрофу.

Анатолий Несмиян:

Строго говоря, здесь уже в чистом виде определение геноцида: предумышленное создание жизненных условий, рассчитанных на полное или частичное физическое уничтожение некой социальной группы. Думаю, что жители Одессы вполне вписываются в понятие «социальная группа».

Дмитрий Певко:

Вы не поверите, но свет дали. Со стороны, наверно, кажется смешным, что я часто пишу "вырубили/дали". Но это от одиночества и избытка эмоций. Украинские энергетики — настоящие герои этой войны в тылу. И во многом им не менее трудно, чем солдатам в окопах. И погибают они иногда тоже от попаданий ракет.
Что такое лишить человека XXI века электричества? Думаю, не нужно объяснять банальные вещи: исчезает тепло, возможность работать, ощущение нормальной жизни, закрываются многие бизнесы. Зимой это грозит гуманитарной катастрофой, сравнимой с блокадой Ленинграда. И даже большей, потому что Россия повторяет преступление Гитлера, но в масштабах целой страны. Если нас каждую неделю будут утюжить ракетами с такой интенсивностью, наступит день, когда чинить будет нечего и нечем. И тогда города-миллионники будут стоять в очередях за водой и замерзать без отопления. Пишу всё это не для нагнетания мрачных эмоций, а для протокола преступлений Рашки, свидетелем которых мне пришлось быть. Я не паникёр, а летописец. Генераторы перед больницами и поликлиниками вместо нормального электроснабжения, погружённый во тьму в декабре мегаполис — это преступление, подлое, а главное, бессмысленное.
Когда-то Юрий Нестеренко метко сказал: "Беда не в том, что Россия это «империя зла», а беда в том, что Россия – империя бессмысленного зла". Так что можно даже не задавать вопрос: зачем всё это нужно, с какой стратегической целью? Да ни с какой: нагадить — и точка. Может быть, некий бес-искуситель в погонах нашептал [Путину] на левое ухо, что в результате Одесса потребует мира и переговоров. Дорогие товарищи бесы, передайте ему, что никогда в Одессе не относились к России с такой ненавистью и презрением, как сейчас.

Поделиться в соц сетях:

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

0 комментариев
scroll to top